Александр Пилипюк читает письма поэта Райнера Марии Рильке молодому поэту Каппусу, полные мудрости, жизненного опыта и контакта с собственным центром, дарующим заземление, воплощение судьбы и высшее единение.
Сейчас, когда моё преподавание ушло на летние каникулы, а очередное студенчество подошло к завершению, получается подолгу гулять, ходить пешком красивыми дальними маршрутами. Щедрая Москва этому благоволит и к этому располагает. Стараюсь чередовать маршруты, надолго уходя к безлюдным тенистым холмам, заросшим деревьями, пробиваясь через которые, солнечный свет играет в улыбки и зажмуренности на моём лице; и возвращаясь к людям, к потокам их эмоциональных активностей, которые в летнем центре города на каждом пятачке. И пока я гуляю, слушаю музыку и книги, часто возвращаясь к тем, что уже читал в прошлом, к тем, что оставили после себя явные следы внутри.
Так я вернулся к Рильке и его Письмам молодому поэту. Рильке писал их, будучи уже прославившимся поэтом, но всё же на раннем витке поэтического становления - на его пике. Ему было 27 лет, когда он впервые ответил Францу Ксаверу Каппусу, 19-летнему офицеру-кадету, пробующему себя в поэзии. Около 27 было и мне, когда я впервые прочёл эти десять писем, которые сегодня воспринимаются совсем иначе, чем тогда. Кажется, прошла целая жизнь, и даже не одна, с того времени. В письмах Рильке иногда директивен и явно занимает наставническую позицию, которая не вызывает ни отторжения, ни сопротивления, из-за тех моментов, занимающих основное пространство текстов, где он начинает размышлять над своими советами. Удивительно, 27 лет, а столько опыта жизни освоено внутри. Рильке даёт советы молодому поэту, полному сомнений в профессии, с которой нужно определиться, и в своих стихах, которые ориентированы во вне. Советы Рильке подкупают искренностью и опытом, из которого они произрастают. В письмах он говорит о себе так, будто и говорит-то с собой. Но с собой молодым, 19-летним наивным, но амбициозным поэтом, жаждущим воспламенять слогом сердца.
В этих разговорах Рильке проделывает поразительно юнгианскую работу - разворачивает молодого поэта внутрь, переводя внимание с успеха, которого тот ищет, от попыток понравиться другим и быть таким, какого примут все, на того, кто всё это ищет - на себя самого, на то, что пытается быть выраженным и что ещё не созрело для этого. При этом Рильке и возвращает взгляд Каппуса во вне, в мир, из этого контакта с миром внутренним. Он советует сосредоточенно слушать мир, чтобы услышать его во всём, что он говорит - в природе, в людях, в окружающих его предметах, во всём и вся, что вокруг прямо сейчас.
Я смотрю, как ветви играют тенями у меня под ногами, на моём теле, когда иду через лес, как солнце указующим перстом выделяет кого-то из лесных обитателей, делая его на мгновение особенным. Парочки танцуют на бульварах сальсу и танго, один смущенно касается своего партнера, а руки другого нашли источник страсти и решительно кружат в танце эмоцию за эмоцией.
Прервите чтение, остановитесь на секунду. Что сейчас вокруг вас? Вы слышите мир? Что он говорит вам?
Внимание и терпение - главные сопровождающие на любом пути, на каждой тропе и во всех путешествиях. Рильке направляет внимание молодого поэта вспять, к его прошлому, к детству, которое для Рильке того периода - основной источник вдохновения и становления. Там, он считает, спрятано много даров, которые можно разворачивать в творчество, в его ключевые идеи, в озарения. И в то же время, он обращает его внимание вперед - в будущее, на пути к которому всегда будет много испытаний, сложных этапов и сильных ударов судьбы, избежать которые не удастся и которые можно только пережить, преодолеть, перерасти. Для последнего понадобится много любви - к себе, к своему пути, к людям, к миру - любви, которая уже не будет выражаться в очарованности и желании очаровать; любви с оттенком печали в глазах, в привкусом грусти и знанием горя. Без трансцендентного измерения мира не справиться. Рильке и ему даёт место в переписке. Тому, к чему нас влечёт религиозный инстинкт, как называл это Юнг, куда судьба иногда ласково зовёт нас, а порой «тащит за волосы», всегда идя по следу каждого нашего шага, «как сумасшедший с бритвою в руке».
Это два направления в моей психологической работе - психоаналитическое - внимательно шагающее вспять и юнгианского - к тому, что зовёт из будущего, в судьбу, которую нужно воплотить. Удерживать оба этих полюса на пути своего развития - уходить корнями в прошлое, а кроной расти в будущее - настоящее мастерство, которому мы учимся всю жизнь, которое и есть сама жизнь. Как в 27 лет Рильке мог это знать, практиковать и делиться опытом с молодым поколением? Такой была его судьба. Он будет описывать это мастерство в письмах Каппусу до 1908 года, до своих тридцати двух и двадцати пяти Каппуса, после чего у каждого начнётся новый период, который часто ощущается как новая жизнь, наполненная до краёв всем тем, что требует внимания и терпения прямо здесь и сейчас.
Если самим поиграть в «Рильке» и написать письмо себе девятнадцатилетнему, что бы вы там написали и ответом на какое письмо «молодого поэта» оно могло бы стать?
"Вам стоит лишь обратиться к природе, к простому и малому в ней, которого не замечает почти никто и которое может так непредвиденно стать большим и безмерным, стоит лишь Вам полюбить неприметное и со всей скромностью человека, который служит, попробовать завоевать доверие того, что кажется бедным, — тогда всё для Вас будет легче, осмысленнее и как-то утешительнее: быть может, не для Вашего рассудка, который будет удивлённо медлить, но для Вашего самого глубокого разумения, зрения и знания. Вы так молоды, Ваша жизнь ещё в самом начале, и я Вас очень прошу: имейте терпение ко всему нерешённому в своём сердце и старайтесь любить сами вопросы, как если бы они были запертыми комнатами или книгами, написанными на незнакомом языке. Не ищите ответов, которые не могут быть даны вам сейчас, потому что вы не смогли бы прожить их. А смысл в том, чтобы проживать. Проживайте вопросы сейчас. Возможно, тогда, когда-нибудь в далёком будущем, вы постепенно, даже не замечая этого, проживёте свой путь до самого ответа. Быть может, в Вас заключена возможность творить и чеканить образы, которую я считаю особенно счастливым и чистым проявлением жизни; тогда готовьте себя к этому,- но примите всё, что ни случится, с большим доверием; если только это рождено Вашей волей или потребностью Вашего духа, примите эту тяжесть и не учитесь ненавидеть ничего". Райнер Мария Рильке
